Каждый год двадцать восьмого февраля в Карелии и Финляндии отмечают День «Калевалы». Именно этим днём в 1835 году финский фольклорист Элиас Лённрот (1802-1884) подписал своё предисловие к первому изданию «Калевалы». В 1849-м, после четырнадцати лет кропотливой работы, Э. Лённрот опубликовал расширенную и окончательную версию поэмы - так в мировую литературу вошёл карело-финский народный эпос. По содержательности и поэтическим достоинствам «Калевалу» ставят в один ряд со скандинавской «Эддой», немецкой «Песнью о Нибелунгах» и даже греческой «Илиадой». Под влиянием «Калевалы» на романтической волне XIX века родились американская «Песнь о Гайавате» и эстонский эпос «Калевипоэг». Сами же карелы и финны чтут «Калевалу» как национальную святыню. Скромный сельский лекарь, сын деревенского портного, глубоко любивший и понимавший народную поэзию, Элиас Лённрот посвятил «Калевале» всю свою жизнь. Многочисленные поездки «по обе стороны государственной границы Финляндии и России» с целью собирания рун, тщательный анализ и отбор записанного, а затем соединение воедино отдельных частей и отрывков - на это ушли десятилетия. Лённротом руководило романтическое стремление воссоздать из отдельных рун, которые он имел возможность записывать, древнюю эпопею типа «Илиады». Связующие стихи писал сам. При этом создавал их так искусно, в том же традиционном народно-эпическом стиле, что различить стихи Лённрота удалось только много лет спустя путём глубокого текстологического анализа «Калевалы» и её народных источников. «И если действительно существовал Гомер, соединивший греческие былины в эпопеи, то Лённрот может быть уподоблен этому Гомеру…» - скажет человек, для которого «Калевала» также стала делом всей жизни, - доцент русской словесности Московского университета, переводчик Леонид Петрович Бельский (1855-1916). Именно он подарит «Калевалу» русскоязычному читателю. Первое издание эпоса в его переводе выйдет в 1888 году, причём дважды: сначала в журнале «Пантеон литературы», а затем отдельной книгой. А год спустя Императорская академия наук присудит Л. Бельскому за перевод «Калевалы» Пушкинскую премию (премию весьма престижную: Академия ориентировалась на пушкинскую традицию в русской литературе, поэтому тексты претендентов отбирали тщательно). Переводчик будет избран членом-корреспондентом Финского литературного общества, действительным членом Общества любителей российской словесности. «Все помянутые ошибки так редки... что они никоим образом не мешают наслаждению читателя, - укажет в академическом отчёте о пятом присуждении Пушкинских премий один из крупнейших финских фольклористов К. Крон. - И так как переводчик сумел схватить дух оригинала и ловко передал трудности эпического языка, даже… совладал с размером "Калевалы", я должен засвидетельствовать, что перевод весьма удачен и, по моему мнению, заслуживает награды… Я позволю себе выразить радость по поводу того, что благодаря такому отличному посреднику наша народная эпопея стала доступною русскому обществу». По получении премии Л. П. Бельский сразу же приступил к исправлению ошибок. На это ушло… четверть века. Новые материалы учёных и - что особенно важно - новые словари побудили переводчика пересмотреть свой «премиальный» перевод, сделать его ещё более точным и выразительным. В 1915 году новый перевод вышел в серии «Памятники мировой литературы», что доказывало его образцовый уровень. Таким - образцовым - перевод Леонида Бельского воспринимается и сегодня. Именно «по Бельскому» знают «Калевалу» большинство почитателей эпоса в России, этот перевод издавался в 1933 году, в 1940-м, 1949-м, дважды - в 1956-м, дважды - в 1977-м, в 1978-м, 1979-м, 1985-м (не считая изданий избранных рун и изданий для детей). Последний раз «Калевала» в переводе Л. Бельского вышла в 1989 году, книга была приурочена к столетию его же, Л. Бельского, полного перевода эпоса на русский язык. В юбилейном издании содержался текст публикации 1915 года, то есть без правок редакторов-обработчиков, коих (и правок, и редакторов) у Л. Бельского оказалось немало. В нашем издании текст воспроизводится именно по этой книге. По ней же воспроизведено начертание имён, принятое Л. Бельским.