1. «Больное сердце».
«Русская литература всегда отличалась тем, что в нее приходили из медицины талантливые писатели. Но среди них не было авторов-женщин. Со своим взглядом на коллег и на пациентов, со своей жизненной философией. Теперь есть Татьяна Соломатина, книги которой не выпустить из рук, пока не прочитаешь последнюю страницу. С женской беспощадностью она говорит о врачебном цинизме, а ты понимаешь, что сей цинизм - форма самозащиты тех, кто постоянно сталкивается с чужой болью, с кровью, со стонами, видит жизнь на грани смерти и ответствен за чужие судьбы. И при этом доктор, который для пациентов - бог, параллельно живет обычной жизнью - у него дети, жены и вечная нехватка денег. Татьяне Соломатиной удается, возможно, самое трудное в творчестве: показать слабость и силу богов», - написала о Татьяне Соломатиной Наталья Нестерова.
2. «Одесский фокстрот, или Черный кот с вертикальным взлетом».
«Одесский фокстрот» - это не роман. И не «роман в эссе», как определила жанр «Моего одесского языка» моя подруга и по совместительству - литредактор Ольга Воронина. Это не крик души и не шёпот сердца. Не печаль разума и не поиск чего бы то ни было: себя, истины, правды… Это симпатическая реакция. Мне все время кажется, что на мне стоит клеймо. И оно постоянно чешется. Проявись оно когда-нибудь как обычная татуировка, там было бы одно слово - «Одесса».
3. «Советы залетевшим».
Эта книга предназначена в первую очередь - собственно, как и любая книга, - для тех, кто умеет читать.
Неплохо, если её прочитают беременные женщины. Ещё лучше - хотя бы наискосок пробегут женщины небеременные. А также юные девушки, девочки-подростки и просто сообразительные маленькие девочки. И вообще замечательно, если этой книгой заинтересуются мальчики, юноши и мужчины.
4. «Акушер-Ха!».
Эта яркая и неожиданная книга - не книга вовсе, а театральное представление. Трагикомедия. Действующие лица - врачи, акушерки, медсестры и пациентки. Место действия - родильный дом и больница. В этих стенах реальность комфортно уживается с эксцентричным фарсом, а смешное зачастую вызывает слезы. Здесь двадцать первый век с его нанотехнологиями еще не гарантирует отсутствие булгаковской «тьмы египетской» и шофер «скорой» неожиданно может оказаться грамотнее анестезиолога…
Что делать взрослому мужчине, если у него фимоз, и как это связано с живописью импрессионистов? Где мы бываем во время клинической смерти, и что такое ЭКО?
О забавном и грустном. О врачах и пациентах. О мужчинах и женщинах. О полной безысходности и о вечности.
Благодаря этой книге вы по-новому посмотрите на привычные вещи: врачей и пациентов, болезни и выздоровление, на проблему отцов и детей, на жизнь и смерть…