Монография рано ушедшей из жизни Виктории Синельниковой - одаренного искусствоведа и увлеченного человека - это, прежде всего, книга о любви. Книга, в которой совмещаются любовь к незаурядной живописи и графике, любовь к творчеству художника, такую графику и такую живопись создающего, и, наконец, любовь к искусствознанию, раз и навсегда выбранному ремеслу. Ремеслу, в котором Синельникова сумела достичь высокого мастерства, оставаясь при этом и пристрастной, и взыскательной одновременно. Главный же и единственный герой этой небольшой книги - известный петербургский график и живописец Анатолий Маслов. Художник, издавна обладающий "лица не общим выраженьем", живущий и работающий наособицу, одиноко и неспешно. Художник, в течение многих лет сохраняющий в творчестве верность графике Петербурга, воплощенной им в сложных, кружевной вязи, офортах 1970-х годов, где пространство города предстает непривычно гнутым, полукруглым, сферическим. Художник, начинавший в живописи с ярких портретов и натюрмортов, созданных вслед косвенному влиянию Ван Гога художник, прошедший период увлечения философским "сферизмом", выразительным знаком которого стали четыре редких по красоте витража и большое полотно - своеобразный манифест его "умозрения в красках". Художник, и поныне создающий новую живопись, которая, кроме просветленных духом "исихазма" иконописных сюжетов, породила серию пейзажей и натюрмортов, пронизанных невесомым серебряным воздухом и особенным - духовным, если угодно, - светом. Об этом долгом и совсем непростом пути художника, о его сложных исканиях и непростой же творческой судьбе и написана эта книга.