Итальянец по рождению, чикагский экономист Луиджи Зингалес воочию наблюдал последствия высокой инфляции и безработицы - в сочетании с кричащим непотизмом и семейственностью - в экономике своей страны. Этот опыт оказал глубокое влияние на его профессиональные интересы, и в 1988 году он прибыл в США, вооруженный политической страстью и верой в то, что экономисты должны не просто объяснять мир, но и менять его к лучшему. В «Капитализме для народа» Зингалес показывает, что корни американского капитализма подверглись процессу разложения, а результатом этого становится переход к более коррумпированной системе, встречающейся в Европе и большинстве стран мира. Американский капитализм, согласно Зингалесу, вырос в уникальном инкубаторе, где меритократическая природа конкуренции способствовала возникновению веры в рынки и мобильность.
Но позднее эта вера была подорвана предательством ориентированных на бизнес элит, лоббистская деятельность которых стала определять работу рынка, и это предательство произошло с молчаливого согласия интеллектуального класса. В результате мы оказываемся перед выбором между перераспределительным популизмом и ориентированной на бизнес технократией. Однако Зингалес видит выход в прорыночном популизме, поддержке по-настоящему свободной и открытой конкуренции во благо народа, а не во благо крупного бизнеса. Отталкиваясь от истории американского популизма рубежа XX столетия, Зингалес утверждает, что наша нынешняя ситуация ничем не отличается от тогдашней. Средний класс и бедные беднеют, а богатые - богатеют. Решением теперь, как и тогда, должны стать реформы экономической политики, которые выровняют игровое поле. Реформы, которые могут быть направлены против бизнеса (точнее, против крупного бизнеса), в действительности будут прорыночными.