Способность переносить зрительные образы сознания на внешние материальные носители - уникальная форма знакового поведения, присущая только виду Homo Sapiens. Она не имеет аналогий во всей предшествующей эволюции живой природы. Даже чисто человеческая способность к членораздельной речи возникла на основе эволюционно предшествующих звуковой, жестовой и иных форм знакового поведения. Более ста лет археологи и историки первобытной культуры ищут истоки искусства в эпохах, более древних, чем верхний палеолит: в мустье и ашеле, т.е. вопрос "Как возникло искусство?" подменяется вопросом "Что ему предшествовало?" Всех смущает то, что искусство верхнего палеолита появляется как бы внезапно, в весьма совершенной художественной форме, без каких-либо следов медленной эволюции от простого к сложному. По словам одного из коллег, "дитя без матери".В предлагаемой книге обосновывается гипотеза о происхождении изобразительной деятельности как естественно-исторического феномена, родственного языку. Привычные для археолога материальные следы эволюции изобразительной деятельности не могут быть найдены, поскольку эволюция была латентной и проходила в глубинах структур головного мозга и в других частях системы высшей нервной деятельности. Способность к созданию изображений могла возникнуть только при определенном уровне развития у наших эволюционных предков особого нейропсихологического аппарата. Как представляется, особенное значение в этом процессе принадлежало межполушарной асимметрии, более глубокой дифференциации и активному взаимодействию функций правого и левого полушарий. По-видимому, при этом важную роль сыграло ускоренное развитие префронтальной коры головного мозга. Ее объем почти вдвое превосходит таковой у ближайших эволюционных предков: шимпанзе и бонобо.